Naruto: Shippuuden chronicles
Мы рады приветствовать Гостей и Игроков нашего форума!

● Вы играете/хотите играть за отличного и интересного персонажа, но увы, мертвого? Вас не удовлетворяет Альтернатива, а в сюжет берут только живых? Хватит это терпеть! У нас на форуме толерантно и уважительно относятся к трупам.

● Вам кажется, что кое в чем Кишимото ошибся? Вы исповедуете альтернативный взгляд на канон? На нашем форуме Вас услышат и поддержат!

● Вы нервно дергаетесь при слове "Боруто"? Расслабьтесь, мы здесь все такие.

Присоединяйтесь к нам. Вместе мы создадим историю, которую заслужили
Рейтинг форумов Forum-top.ru
Система игры: Эпизодическая
Рейтинг игры: NC-17
Время в игре: 2 года после четвертой мировой войны. Конец апреля - середина сентября.
Активных эпизодов: 32
Написано постов: 413

Naruto: Shippuuden chronicles

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Naruto: Shippuuden chronicles » Флешбэки » Когда не можешь дотронуться до прекрасного, в тебе что-то ломается


Когда не можешь дотронуться до прекрасного, в тебе что-то ломается

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

http://forumfiles.ru/files/001a/70/37/98427.gif


Когда не можешь дотронуться до прекрасного, в тебе что-то ломается

две недели после вступления Сасори в Акацки, двадцать лет до Четвертой Войны Шиноби


Участники эпизода: Конан, Акасуна Сасори
Времяпогода: вечер, дождь
Место: Амегакуре но сато


СЮЖЕТ ЭПИЗОДА
Конан победила Сасори и убедила его вступить в Акацки. И если бы все было так просто, вряд ли кукловод пригодился бы молодой организации из самых опасных нукенинов всего мира.

+6

2

На самом деле, Сасори даже не думал, что так легко перенесет поражение.
Дело было даже не в том, что его победила женщина – вопрос пола никогда не волновал его в должной степени, чтобы в принципе придавать значение тому, с кем конкретно он сражается – а в том, настолько красива и необычна была ее техника.
Да, Сасори отлично понимал, что, если бы бой действительно был не на жизнь и вступление в Акацки, а насмерть, скорее всего валяться бы ему в песке родной страны. Он сам был дурак – недооценил противника, позволил Конан спеленать бумагой его лучшую куклу – и ведь на самом деле, посмотрев на нее в действии, он мог придумать что делать с ней. Железный Песок позволял разрывать бумагу, в конце концов, и тут был скорее вопрос, сколько чакры в ее бумаги – а сколько есть у него.
И тем не менее, Сасори…. Сасори не испытывал ровным счетом ничего негативного. Ни злости, ни ярости. Это был интересный и не слишком серьезный бой, а сама организация… Что ж, кукольник даже не скрывал бешеного интереса к каждому ее члену.
Сасори предполагал, что инстинкт самосохранения он тоже успел потерять где-то по дороге из Ветра вместе с предполагаемой им гордостью. Но тем не менее, он признавал сам перед собой – техникой Конан он был заворожен.
Как минимум потому, что он не понимал, как она работает.
Кекке генкай Третьего, техники стихий – особенно ветра и земли – он отлично понимал и мог разложить на понятные составляющие. Как и, пожалуй, любой кекке генкай, даже тот, с которым он не сталкивался никогда. Он понимал, как это работает и знал, что с этим делать, предполагал, где могло быть слабое место – и даже когда дело касалось доуздюцу, пусть и такого легендарного, как риннеган, он не испытывал такого абсолютного непонимания, как когда дело касалось этой бумажной техники Конан.
Риннеган внушал ему ужас и острое желание изучать его способности. Смешение стихий – желание заполучить его в свою коллекцию.
Техника Конан… пожалуй, здесь он мог сказать только одно – и это одно было трепетом. Он чувствовал трепет, видя, как распадается изящная женская фигурка на невесомые листки бумаги. Он видел потенциал.
И он все еще совершенно не понимал, как это работает.
В Амегакуре ему выделили подвальные этажи главной башни под мастерскую – конечно, с упором на то, что это – временное явление и потом кукольник вылетит со всем своим скарбом в сторону более подходящего для преступника убежища. Пока же Сасори никто не мешал – и огромный зал постепенно захламлялся его запчастями, верстаками, чанами с ядами и огромным количеством оружия. Кукольник постепенно захватил еще небольшую комнату, которую также заставил шкафами и поставил там рабочий стол с верстаком. Это была еще часть мастерской – часть для размышлений.
И именно эта комната у него была завалена смятыми свитками – Сасори анализировал технику Конан и каждый раз приходил к выводу, что абсолютно не прав в том, как это устроено. Он рисовал и кукол – точнее, куклу, которая определенно получилась бы из куноичи… Если бы он знал, как работала эта ее техника. Как должна была работать.
Сам же кукловод работать практически не мог – не то чтобы ему не хватало материала, нет. Любопытные образцы были, да и в целом, для Акацки он выполнял задания – но по большей части, Сасори находился в какого-то рода творческом кризисе.
Из головы не шла Конан.
В конце концов, пласты гибкого металла, тонкие как волос, на которые он хотел заменить бумагу в своей новой совершенной кукле, ему даже начали сниться. Они обволакивали все пространство, рассредоточившись, они все слышали и видели.
Сасори и до того ненавидел спать – а уж приобретя подобную одержимость и в принципе большую часть времени проводил за рабочим столом.
Пока, наконец, не использовал одну из новых кукол с Катоном, чтобы аккуратно сжечь следы своего небольшого творческого безумия.
Наблюдая за тем, как клубится пепел, Сасори решительно отодвинул очередной неудачный чертеж. Он убрал куклу прочь, коротко погладив ее по прохладной деревянной скуле. Что ж, его контроль над чакрой своих творений стал даже лучше – раньше он спалил бы половину комнаты. В каком-то смысле даже безуспешная работа помогала ему.
А еще – так продолжать было просто нельзя.
Он должен был узнать хоть что-то, иначе он так и будет продолжать топтаться на одном месте. В конце концов, не может же быть Конан единственной в мире с подобной техникой.
Или может – и тогда он просто обязан изучить ее досконально, чтобы не наделать ошибок.
В чем Сасори, тем не менее, был катастрофически плох, так это в налаживании межличностного контакта. В конце концов, у него никогда не было потребности в подобном – для разведки достаточно было легкой актерской игры в хорошего парня. Здесь же – Конан уже знала, какой он и кто он.
И любой жест с его стороны…
Не данго же ей приносить? Кукольник где-то смутно слышал, что подношения – это хороший тон. Впрочем, ладно. Акасуна практически не знал, что по-настоящему является хорошим тоном. Особенно в среде нукенинов.
Особенно если ты хочешь этого нукенина на лабораторный стол.
Действовать по ситуации в случае кукольника казалось глупой затеей, но тем не менее, он решил поступить в этот раз именно так.
Хотя, когда он стучался в личные комнаты Конан, плана у него все еще не было.
Он постоял перед дверью несколько мгновений, но так и не дождавшись реакции, толкнул ее.
К удивлению, дверь открылась от легкого касания.
Кукловод почти моментально напрягся и выхватил оружие. Проникновение? 
Что-то случилось?
Он осторожно проскользнул в комнату Конан и замер. Нет, проникновения определенно не было – на аккуратно заправленной постели сидела именно куноичи, он узнавал ее по чакре. Сасори убрал отравленный кунай обратно в крепление и немного расслабился.
Просто открытая дверь.
Хотя… что-то действительно случилось – плащ Конан был порван на плече, сквозь ткань проглядывала белая кожа – и красное. Ожог.
Интересно. Кажется, она все же была уязвима.
Кукольник припомнил, что Конан отправлялась на задание недавно – он не знал деталей, но кажется, это был бунт против власти Пейна над Аме. Видимо, она только что вернулась – вот и потому дверь не заперта.
- Прошу прощения за вторжение, - а Сасори совершенно не скрывал того, что разглядывает – и Конан, и рану. – Я могу помочь, - конечно, предложение помощи от него звучало мягко сказать специфически. Но не говорить же прямо сейчас о том, что он хочет ее исследовать. За такое можно было бы и получить бумажным прямо в печень.
Бумажное, может оно и бумажное, но менее острым от того не становилось.

+4

3

Листы бумаги, подхваченные лёгкими порывами ветра, складывались вместе, образуя женскую фигуру. Задание было выполнено. Всё могло бы закончится куда быстрее, если бы этот юноша - Акасуна Сасори, пошёл бы с ней сразу, а не начинал эту бессмысленную схватку. Конан никогда не любила сражаться...
...в мире и так было слишком много боли. Она с самого детства видела лишь боль и трупы, на лицах которых навсегда застыла гримаса ужаса, а в глазах боль и страх. Война...сражения всегда сопровождали её как верные спутники, как цепные псы, готовые разорвать глотку каждому, кто неугоден их хозяйке и неважно кто это будет сильный и достойный соперник или же старик или дитя. Важна лишь жертва. Вторая мировая война шиноби унесла с собой множество жизней, среди которых оказались и жизни её родителей. Третья мировая унесла жизнь Яхико. Конан не любит сражаться. Конан не любит войну. Слишком много невинных жизней унесла с собой... Слишком много...
Плечо горело. Жар волной расходился по телу, отзываясь ноющей болью на каждое резкое движение рукой или плечом. Но если ожог хоть и беспокоил девушку неся с собой болевые ощущения, то зияющая рана в боку серьёзно усложняла жизнь девушки и лишала возможности нормально передвигаться и даже элементарно оказать самой себе помощь. Чудо уже то, что Конан смогла вернуться в свою комнату, а не осталась там на растерзание озлобленных жителей деревни, которые уже не знали во что верить и чего ждать.
Даже сейчас, сильно пострадав, Конан не могла причинить вред людям, стараясь лишь защищаться и подавить восстание с минимальными потерями среди человеческих жизней.
Правая рука, прикрывающая рану была уже вся в крови и не сдерживала её, теперь окрашивая красным одежду и покрывало на кровати. Конан в последний момент попыталась превратить часть себя в бумагу, чтобы избежать ранения, но ожог отвлёк её и она пропустила удар, сообразив в самый последний момент, но было уже поздно. Белая бумага с одной стороны раны окрашивалась в красный, впитывая в себя кровь Тенши.
Дверь скрипнула, заставляя девушку напрячься, тем самым вызывая новую волну боли и крови. Но лишь на мгновение.
- Сасори... - она не знала как реагировать, но где-то в глубине души она была рада, что он решил прийти к ней и сейчас даже не сильно волновал вопрос о том, зачем он здесь. Ей определённо
нужна была помощь. Конан попыталась встать, но это было ошибкой. В глазах потемнело, последнее что запомнила девушка это глухой удар тела падающего на пол.

+1


Вы здесь » Naruto: Shippuuden chronicles » Флешбэки » Когда не можешь дотронуться до прекрасного, в тебе что-то ломается